Мат: формат / не формат

Астраханцы спорят о читке общедоступного театра «Периферия»

Кто-кто, а астраханское театральное сообщество никак не привыкло к потрясениям. Однако теперь настал и на нашей улице «праздник» скандал. Спор разгорелся вокруг читки общедоступного театра «Периферия» и того, быть или не быть на сцене ненормативной лексике. Ребята с вашего Двора решили разобраться, что происходит в астраханском Доме актера и что это за зверь современная драматургия.

Вначале было слово, а точнее много слов. Литературный редактор Надежда Родионова опубликовала отзыв на читку пьесы Андрея Иванова «С училища». Отзыв, который взволновал астраханских пользователей.


Читка – это своеобразная постановка без костюмов, декораций и знания актерами текста.


Читка – часть проекта «Посиделки на «Периферии», который проходит каждый третий понедельник месяца. «Цель этих читок – знакомство с новинками современной драматургии», – поясняет актриса Лидия Елисеева.

«Скандальная» читка прошла в театре 19 февраля

Пьесу Иванова Надежда Родионова назвала «горьким лекарством или отравой»:

От частого мата я вздрагивала, как от пуль, которые попадают в меня.Ну не выношу я мат! Так что если идти смотреть этот спектакль, то в каком -нибудь матожилете…)))Но, наверное, писать без мата современные пьесы просто невозможно, матом ведь и правда многие разговаривают», – высказалась астраханка на своей странице в «Фейсбуке» (пунктуация автора сохранена).

Нет, рецензия в целом не представляет собой гневную тираду. Надежда Родионова похвалила читки и постановки «Периферии»:

Хорошо, что театр знакомит астраханцев с пьесами молодых драматургов, которые ставят сейчас в других городах.

Однако общественность из всего прочего вычленила именно тему мата, а сама Родионова, к слову, эту тему активно поддержала в комментариях.

«Я, вот, как-то с осторожностью отношусь ко всем новшествам в искусстве. Мой организм тоже реагирует тошнотой на такое», – написала в комментариях пользователь Eva Brewer.

«Лично я тоже не хочу слушать мат, о чем бы не шла речь и читать это наверняка не буду», – отреагировала Инна Мантурова.

Астраханцы буквально раскололись на два лагеря. Для одних мат на сцене как пробка на Старом мосту – помеха и раздражитель. Для других – как арбузы на прилавках, придает колорита и изюминки.

«То есть Вы делите людей на тех, кто не выносит мат, и ‘гопников и алкоголиков’? – спрашивает у Родионовой Сергей Шаблаков, – Обсценная лексика — это неотъемлемая часть языка.И употребляют нецензурные выражения не только завсегдатаи парадных с бутылкой ‘Клинского’ в руке. Честно говоря, больше пугают люди, не ругающиеся матом» (авторская пунктуация сохранена и тут).

«Периферию» сделали крайней

Любопытно, что претензии Надежды Родионовой затронули саму пьесу, а не театр «Периферия», однако отразились они именно на нем.

Главная прелесть этих читок – обсуждение, – рассказывает Лидия Елисеева, – На читки не всегда берутся пьесы, которые нравятся и которые мы хотим поставить. Берутся самые актуальные пьесы, которые лучше всего отражают тенденции современного театра. На обсуждении каждый может высказать отношение к прочитанному тексту, высказаться за или против, как угодно. Именно на читках мы и пытаемся говорить о том, что хорошо, что плохо. Что имеет художественную ценность, а что нет. Высказаться может каждый.

За несколько лет постановки «Периферии» полюбились астраханцам

Действительно, после читок все желающие делятся впечатлениями. Для того, чтобы зрители поняли авторский замысел, актеры никогда не меняют текст. Делать это запрещает и Авторское право, по которому все изменения нужно согласовывать с драматургом.

Вход на читки свободный, но на каждую из них «Периферия» ставит вполне четкое возрастное ограничение. На постановку «С училища» попасть можно было с 18 лет. Аудитория у театра пестра, как помидоры на Больших Исадах. Среди зрителей старшеклассники, журналисты, педагоги и даже преподаватели вузов. Ребята с вашего двора ни разу не слышали, чтобы эти люди были недовольны матом со сцены.

«Мат на сцене не уместен, если это не оправдано чрезвычайностью описываемой ситуации или необходимостью в создании правдивого образа, – проводит театральный ликбез Лидия Елисеева, – В репертуаре театра есть только один спектакль, в котором употребляется одно нецензурное слово. Это «Я, Пулеметчик». Возрастное ограничение на этот спектакль 18+».

Николай Смирнов искрометно исполняет главную и единственную роль в постановке «Я, Пулеметчик»

Табуированная лексика в «Я, Пулеметчик» как раз помогает создать правдивый образ. Как еще бандит 90-х будет рассказывать о перестрелке и смерти? Одно слово – это как раз «вишенка на торте» – изюминка и колорит. Посмотрите постановку, и вы все поймете.

Современная и спорная

Если уж и выступать против мата со сцены, то и против пьес с ним тоже. Авторское право не дает театрам своевольничать с чужим текстом. «Фишка» современной драматургии в том, чтобы показывать реальные проблемы. Ненормативная лексика – всего лишь один из способов сделать это ярко, не зря же Андрея Иванова называют скандально известным драматургом. Так что плохого в том, что театр «Периферия» так же ярко преподносит современную драматургию? Мат – тот же формат.

 

Заглавное фото: Петр Анисимов

Фото в тексте: официальная страница ВК ОДТ «Периферия»

 

Загрузка ...
Dvor Media